Мы на основании многолетних наблюдений утверждаем, что все эти изменения, которые имеются у вымени молочной коровы, есть прямой результат наших внешних воздействий. Фото вымени коров Амазонка и Бархотка совершенно отчетливо доказывают, каковы могут быть характер и сила нашего воздействия.
Ч. Дарвин в своем бессмертном труде «Происхождение видов» писал:
«У животных усиленное упражнение или неупражнение органов обнаруживается более резкими последствиями; …значительное и наследственное развитие вымени у коров и коз в тех странах, где этих животных доят, в сравнении с теми же органами лих животных в других странах по всей вероятности есть другой пример последствий упражнения органа».
Коллектив совхоза «Караваево» и колхозники передовых племенных ферм начали свою работу по усовершенствованию скота, имея в первоначальном племенном ядре самые высокие показатели продуктивности – 2500-4000 кг молока. Пришли же к показателям 4800-6300 кг молока по лучшим стадам. Лучшие родоначальницы стад имели максимальные удои 4500-5400 кг молока, а теперь имеется много десятков коров с удоями 10-14 тысяч кг молока, а порой свыше 16 тысяч кг молока.
Вся эта многолетняя работа подтверждает, что никакого закона о неизменности наследственных свойств и задатков не существует.
Есть еще один момент, который необходимо здесь осветить. Когда формальных генетиков на основании многочисленных фактов приводишь в тупик, они выставляют такой «аргумент» – ладно, признаем, что действительно произошли изменения, они даже разительны, но знаете, все же эти изменения не есть результат воздействия внешних условий, они имелись в скрытом виде в наследственных задатках, в первоначальном генофонде, они собственно вами и «вскрыты». Этим только и объясняются эти изменения, а поэтому здесь вами собственно ничего нового не создано. Самым типичным представителем таких рассуждений является профессор Тимирязевской академии Кисловский, который на протяжении 5-6 лет нам доказывал и сейчас еще продолжает доказывать, что никакой новой породы не создано, был швицкий скот, он остался швицким, а если вы улучшили его, то можно его назвать улучшенным швицким.
Тов. Кисловский в своем гневе дошел даже до того, что создателей породы предлагал привлечь к ответственности. Вот, товарищи, один из тех уродливых выводов, к которым приводила и приводит реакционная теория о неизменяемости и вечности наследственных свойств, и, вместе с тем, это наглядный пример того, как морганисты-менделисты нам, практическим работникам, «помогают» в нашей трудной и сложной работе.
Порода и результаты многолетних трудов коллектива работников совхоза и передовиков-колхозников были признаны лишь только после энергичного вмешательства в это дело А.И. Козлова, П.П. Лобанова, С.Ф. Демидова, Е. М Чекменева и, наконец, Андрея Андреевича Андреева. Из ученых же животноводов один только Е.Ф. Лискун поддерживал нас.
Если бы не вмешательство указанных товарищей, то такое важное государственное дело было бы провалено и тем самым лишено той громадной поддержки и внимания, которые являются важнейшим условием для творческой работы миллионов передовиков сельского хозяйства.
Вернемся к существу вопроса. Становясь на позиции морганистов-менделистов, надо, очевидно, предполагать, что когда-то предки наших коров имели действительно большие наследственные задатки – порядка 15-16 тысяч кг молока, 800-900 кг живого веса, вес вымени коров 20-25 кг и т.д. Детальное изучение генеалогии нашего стада в течение сорокалетнего периода ничего этого не подтвердило, да и не могло подтвердить. Стало быть, речь может итти о более давних временах. Приходится предполагать, что много тысяч лет назад молочный скот возник каким-то образом с определенными задатками наследственности, которые нами сейчас «вскрыты». Спрашивается тогда, кто же и когда «вложил» эти гены и наследственные задатки в душу или тело наших коров? Кому нужны были такие высокие удои и вес, какая историческая, естественная или биололическая целесообразность диктовала или вызывала необходимость суточного удоя коровы, например, в 50-60 кг молока? Совершенно бесспорно, что для существования и развития потомства (теленка) нужно было всего лишь 200-250 л молока, в день не более 3-5 л. Чем же объяснить присутствие генов – носителей продуктивности 15-18 тысяч кг молока в год, 50-60 кг в день? Могло ли вообще такое животное когда-либо существовать хоть сколько-нибудь продолжительное время? Безусловно нет. По своему весу, по форме, объему и весу вымени такое животное лишено возможности не только быстрого бега, но и относительно медленного передвижения. Одно только это обстоятельство сделало бы его прекрасной и легкой добычей даже для самых малосильных и малоэнергичных хищных зверей.