Представители менделевско-моргановского направления – Морган, Иогансен, Де-Фриз и др. – все выводы своих исследований направили на борьбу против Дарвина, его эволюционного учения, против теории естественного отбора. Дальнейшее распространение менделизма-морганизма служит явным подтверждением того, что это направление в биологии всем своим острием направлено против теории эволюции, против самой идеи развития природы.
Если в основу своего учения Дарвин положил идею непрерывной изменяемости живой природы, то менделисты-морганисты в основу своих исследований положили изыскание «аргументов» неизменности наследственных свойств живых организмов. Утверждение же о неизменяемости наследственных свойств организмов логически ведет к представлениям о неизменности всей живой природы в целом.
Это антидарвиновское, антиэволюционное учение получило свое выражение также и в нашей биологической науке. Как известно, одним из активных пропагандистов менделизма-морганизма у нас, в конце 20-х годов, выступал профессор Ю.А. Филипченко. Он писал следующее:
«…учение об изменчивости и вся современная генетика, частью которой оно является, отнюдь не связаны неразрывным образом с эволюционным учением… генетик может спокойно разрабатывать свою область, даже не вспоминая об эволюции… вполне мыслима и позиция… генетика, являющегося глубоким агностаь ком в вопросах эволюции» (Ю.А. Филипченко, Изменчивость и методы ее изучения, 1929 г., изд. 4, стр. 249-250).
«…эволюционная теория, – писал он, – всегда была и будет только гипотезой, ибо превращение видов не относится к числу явлений, которые можно наблюдать воочию» (там же, стр. 250).
По мнению того же Филипченко, все говорит «в пользу автогенеза – развития под влиянием каких-то внутренних сил, заложенных в самих организмах» (Филипченко, Эволюционная идея в биологии, 1926 г., стр. 202).
Таковы были взгляды одного из активных представителей менделевско-моргановского направления у нас.
В качестве другого ярого защитника вейсманизма и автогенеза выступал у нас также (евгенист и проповедник расовых теорий в биологии) профессор Н.К. Кольцов. Исходя из теории автогенеза и «чистых наследственных линий», профессор Кольцов преподносил в своих писаниях под флагом науки реакционнейший и сумасшедший бред. Так, он писал: «Те, кто делал историю Европы, принадлежат к немногим наследственным линиям, и эти линии тесно связаны между; собой кровным родством» (Н.К. Кольцов, Генеалогия Ч. Дарвина и И.Ф. Гальтона. Русский евгенический журнал, т. I, вып. 1, ГИЗ, 1922 г., стр. 69).
Теория Вейсмана – Менделя – Моргана получила также выражение в работах Серебровского, Дубинина, Жебрака и ныне разрабатывается в работах Шмальгаузена. «Труды» академика Шмальгаузена в настоящее время являются центральными работами, представляющими и выражающими менделизм-морганизм у нас на современном этапе.
Иногда представители формальной генетики обижаются, когда их называют менделистами-морганистами. Они говорят, что они не полностью последователи Менделя и Моргана, что они, видите ли, в таких-то статьях и на таких-то собраниях сделали такие-то и такие-то оговорки. Но как быть, если сам академик Шмальгаузен в своей последней работе «Факторы эволюции» (1946 г.) пишет: «Мутация есть всегда новоприобретение организма, а модификация есть некоторая надстройка – вариант существующей уже организации. Мутация передается потомству в строго закономерном порядке. Эти закономерности были вскрыты Г. Менделем. Они были в основном подтверждены и подверглись очень глубокому анализу в современной генетике (в особенности – в школе Т.Г. Моргана)».