Ребята легли спать. Павка долго не мог заснуть. Он думал об Илье. Какой он храбрый, — не побоялся ни японцев, ни тюрьмы, ни «вагона смерти».
Остап храпел на своей койке.
— Павка, ты спишь? — позвала Глаша.
— Нет, не сплю. А ты?
— Я тоже не сплю. Я все думаю.
— Чего же ты думаешь?
— Я когда нищего водила, Илюшку один раз видела.
— Где ты его видела? Что ты врешь? Он ведь в тюрьме сидел.
— Мы с нищим мимо того японского дома шли, где солдаты, помнишь?
— Ну, ну?