Сюркуф всегда пил ром из серебряной чарки.
Партизаны, прислонившись к стене, дремали. Петр прислушался. Павка тоже прислушался, но ничего не было слышно.
«Наверное, старик уже режет Ваську, — подумал он. — Почему же Васька не кричит?» Он взглянул на Петра. Петр с тревогой смотрел на дверь.
«За Ваську боится, — подумал Павка. — Любит Ваську».
Дверь растворилась, и вошел профессор. За ним появился Косорот. Профессор был нахмурен и озабочен. Он прокипятил инструменты и тщательно вымыл руки. Потом достал из ящика чистый халат, надел.
— Завяжите, молодой человек, — попросил он Павку. Павка завязал рукава халата тесемочками. Тогда профессор сказал Косороту:
— Вымойте руки. Горячей водой вымойте. С мылом. Поможете мне оперировать больного.
«Оперировать? — не понял Павка. — Что это такое?»
Очевидно, и Косорот не понял, потому что старик добавил:
— Ну, подержите ему голову. Понятно?