«Вот он, конец!» подумал Митроша и увидел подходившего к нему солдата с черными усиками. Лезвие широкого штыка блеснуло перед Митрошиными глазами. В одно мгновение Митроша чуть наклонился вперед и повернулся боком к солдату. Он почувствовал страшную боль в плече, упал на снег и замер. Митроша ждал второго удара, наверняка смертельного. Рядом кто-то закричал — отчаянно и дико. Митроша, несмотря на боль, старался не шевелиться. Крик перешел в хрип и затих. Второго удара не последовало. Где-то поблизости затарахтел мотор.
«Грузовик», подумал Митроша.
Его подняли за ноги и за голову и куда-то кинули. Он больно ударился головой. Сверху его придавило что-то тяжелое. Грузовик запыхтел и тронулся в путь.
«Только бы не зарыли живым! — подумал Митроша. — Спрыгнуть... уползти».
* * *
Глаша дошла до угла, свернула на широкую улицу с сонными домами, спустилась к реке. На берегу лежали перевернутые, засыпанные снегом лодки. За рекой синели дальние деревни.
По льду застывшей реки, обойдя японские заставы стороной, Глаша вышла из города. Вдали чернел лес. Глаша шла все дальше и дальше, стараясь обходить деревни. Настало утро. Солнце залило светом снежные поля и заиграло зайчиками на сопках. С сопок вдруг потянуло теплым, совсем весенним ветром.
У перекрестка девочку оглушил топот копыт. Навстречу проскакал отряд солдат. Возле большого каменного креста, стоявшего у дороги, Глаша присела. «Где-то теперь Павка? — подумала она. — Неужели я никогда не увижу Павку?» Ей захотелось плакать. Но она встала и пошла дальше. Она увидела впереди деревню и сообразила, что эту деревню не обойдешь. Ну что ж? Придется итти напрямик. Глаша удивилась, что не слышит ни лая собак, ни людского говора. Она увидела почернелые ворота, несколько обгорелых изб, на половину занесенных метелями. Зловещие тени от развалин ложились на снежную дорогу. Пожарище обступило кругом, окруженное сугробами.
Из-за сугроба вдруг вынырнул кто-то. Глаша остановилась. К ней подошел мальчонка с красным лицом, красными ручонками и бегающими глазками.
— Чего ты здесь? — удивленно спросила Глаша.