Исайка разложил деньги на бочке, послюнил палец, пересчитал бумажки и спрятал их в карман. Потом сказал Павке:
— Завтра пораньше приходи, не опаздывай, работы много. Ну, чего стоишь?
— А деньги? — спросил Павка.
— Какие тебе деньги?
— Как какие? — возмущенно спросил Павка. — Разве я не заработал?
— А ты на чьи деньги торговал? — спросил Исайка, и веснушки его налились кровью. — На свои, что ли, торговал? Кто тебе газеты достал? Вот тебе колбаса, вот тебе амурская ветчина, — показал он на соленую кету, — вот тебе хлеб, ешь, закусывай.
В углу мальчики делили перочинным ножом буханку черного хлеба, половину соленой кеты и круг сизой колбасы.
Павка продал сегодня столько газет, что на заработок мог один купить себе всю эту рыбу, всю колбасу и весь хлеб! Он сжал кулаки. Но Исайка дунул на огарок и, позвав кого-то из мальчиков, вышел из склада.
— Эй, портовик! — крикнул кто-то из темноты. — Подходи, жуй.
Павка ощупью нашел мальчиков. Кто-то сунул ему в руку кусок скользкой кеты и ломоть хлеба. Все молча жевали.