И тому пришлось дать кусок сахару.
— Ты где спишь-то? — спросил Павка.
— А я на полу. А хозяйка с хозяином на кровати — храпя-ят... А соседи водку пьют, ножиками режутся, дерутся в кровь... Ребят только будят. Они заревут, а я укачиваю... баю-бай, баю-бай... Ой, до чего они вредные, Павка!..
— Хозяйка тебя не бьет? — спросил в упор Павка, глядя на фиолетовый Глашин синяк.
— Не смеет, — сказала Глаша. — Я ее ножом зарежу, если посмеет...
Она старалась не глядеть в глаза. Павка понял, что хозяйка ее бьет.
— А я газетами торгую, — сказал Павка. — Деньги зарабатываю.
— Ты сыт? — спросила Глаша.
— До того сыт, до того сыт, что прямо невмоготу, — соврал Павка. — А ты?
— И я теперь сытая, — ответила Глаша таким голосом, что Павка понял: она говорит неправду. — Ты иди, Павка, — как бы хозяйка не пришла.