Я чувствовал, что она не хочет уходить из этого гостеприимного дома.
— Не хотите послушаться старика! — огорченно проговорил художник. — Их, может быть, там уже нет. Вы напрасно поедете.
— Нет, мы все же поедем. Не правда ли, сынок?
— Да, я хочу скорей к папе.
Художник сказал:
— Ну, что делать. Будьте добры, передайте мне телефон.
Мама подняла с круглого столика аппарат. Художник медленно, словно припоминая цифры, набрал номер.
— Гомарджоба! — сказал он кому-то в трубку и продолжал разговор по-грузински.
Потом он хотел положить трубку, но долго не попадал на рычаг. Я помог ему.
— Вам, Нина, оставлены на городской станции билеты.