— А зачем говорил — ты Никитин, когда ты Рындин?
— Я сказал, что меня зовут Никитой. А фамилии ты у меня не спрашивал. Ну да, я Рындин.
— Ты бы сразу так и сказал! Твой отец — настоящий катерник!
Фрол протянул мне руку.
— Буду с тобой дружить. Ты где пропадал?
Я сказал, что разыскал дочку капитан-лейтенанта Гурамишвили.
— Видал. Щупленькая такая. Ты разве знаешь ее?
— Еще с Ленинграда.
— Старые знакомые, значит? А по-моему, — оказал он значительно, — настоящему моряку с девчонкой дружить — это все равно, что коту подружиться с мышонком. Ну, чего стоишь? Ты ложись.
Я разделся и забрался на верхнюю койку. За иллюминатором плескалась вода. Я хотел спросить Фрола об отце, но не мог выдавить из себя ни слова.