Она увидела ликующие лица крестьян и рослого сипая в белой чалме, сидящего в центре круга.
– Панди!.. Панди!.. – услышала Лела громкие голоса.
Она глядела на сипая, на его длинные полуседые полосы и изуродованный рот. Тот самый человек, которого она видела на крыше храма.
– Панди?.. – повторила Лела.
Сипай встал и шагнул к ней.
– Я обещал прийти и не вернулся, – сказал сипай. – Прости меня, дитя!
Он притянул Лелу к себе и посадил с собою рядом.
– Твоя мать ждала меня и не дождалась, – сказал Инсур. – Мы дважды едва не встретились с тобой, дитя, и дважды разминулись. Теперь ты навсегда останешься со мной.
– Отец! – прошептала Лела. Она долго сидела не шевелясь, припав к отцовской руке.