Вдвоем они пробежали через несколько пустых полутемных комнат, приподняли плотный матерчатый занавес и вошли в какой-то большой низкий зал, заставленный диванами. В богато разубранных нишах по стекам стояли раскрашенные сундуки, лежали подушки.
Это была зенана – женская половина дома.
– Я выведу тебя отсюда! – сказала Лела. – Не бойся, я одену тебя как надо.
Лела раскрыла сундуки. На пол полетели пестрые платки, расшитые тюбетейки, шелковые шали, шаровары, бусы.
– Гляди! – сказала Лела.
Она торопливо натянула на Дженни длинную юбку с каймой на подоле. Потом достала расшитую тюбетейку и приладила на голову девочки.
– Нехорошо! – сказала Лела и неодобрительно зацокала языком.
Белокурые пряди Дженниных волос торчали из-под тюбетейки во все стороны.
Лела сдернула тюбетейку с волос Дженни и швырнула ее на пол.