Ходсон согласился.
Он вошел к шаху один, без охраны, и повторил обещание генерала.
Несколько часов спустя богатый поезд подъехал к Лагорским воротам Дели: нарядный парчовой паланкин с завешенным пологом и несколько крытых повозок. Жены, слуги сидели в повозках. Конная мусульманская стража окружала поезд. Длинный Ходсон ехал верхом подле пленника, один единственный европеец среди всего эскорта.
Все остановились у ворот.
– Кто в паланкине? – спросил Ходсона дежурный по страже офицер.
– Всего лишь шах Дели, – ответил майор.
Стража хотела приветствовать Ходсона троекратным «ура».
– Не надо, – сказал Ходсон. – Старик еще, пожалуй, примет приветствие на свой счет.
Он проехал со своим пленником по разрушенному бомбардировкой Серебряному Базару и в воротах дворца передал шаха с рук на руки гражданской страже.
За сыновьями и внуками шаха Ходсон поскакал к гробнице Хамаюна на следующий день, с небольшим отрядом.