- Плескач, ожидая Мызникова, встретил в своем квадрате крейсер «Принц Рупрехт» и погнался за ним. Он имел на это право. Разведка доносила, что «Рупрехт» болтается поблизости от наших вод. Такую встречу мы с Плескачом предвидели и обсуждали совместно. Радиограмму «Северянки» о решении атаковать «Рупрехт» я получил. Но с тех пор больше ни звука. Может быть, молчат, остерегаясь, чтобы не запеленговали?.. Сегодня мы перехватили и расшифровали немецкое радио: «Принц Рупрехт» торпедирован большевистской подлодкой, повреждено управление, лодка уничтожена». Я отдал приказ авиации - добить крейсер. Сейчас бомбардировщики и торпедоносцы должны вылететь в бухту «Чулок». Если в ближайшие часы ничего от Плескача и Логинова не будет - пошлю за Мызниковым другую лодку. «Касатка» пойдет. Но не могу поверить, чтобы «Северянка» погибла…
- С Плескачом на борту?.. Не могло этого случиться!
- Война. Всякое возможно,- горько промолвил командующий.
Он снял трубку одного из телефонов.
- «Треска»? Говорит «Океан». Что «Северянка»? Молчит?- командующий сокрушенно покачал головой.- Есть «Касатка» в часовой готовности. Нет, подождите отправлять. Тогда прикажу. Еще немного. Может быть, Плескач даст в эти часы о себе знать. Так… Так… Кочетков уже прошел мыс Торос?.. Потопил что-нибудь? Не сообщает?.. Вот характер - все у них на «Малютках» такие: пока в бухту не войдет, ничего от него не узнаешь. Обязательно пальнуть ему из своей пушечки в базе надо… Доложите,- сердито продолжал он,- когда Кочетков будет в базу входить. Добро!..
Он положил трубку, вышел из-за стола и, заложив руки за спину, нервно зашагал по кабинету.
- Очень расстроен народ на подплаве,- тревожно сказал он. - «Северянка»… Это же цвет, гордость подводная… «Касатка» готова выйти за группой Мызникова. Если Плескач до вечера не обнаружится, дам «добро» на выход в двадцать четыре. На переход - сутки. «Касатка» как раз в темноте до фиорда доберется… Но не думаю я, чтобы «Северянка»…
Командующий огорченно махнул рукой.
- Отдохни же, Андрей! - снова настоятельно попросил член военного совета. - Можно? - осведомился он и, на утвердительный кивок адмирала, придвинул к себе пачку бумаг со стола и стал их перелистывать.
- Разбуди, пожалуйста, когда Кочетков придет.