- А ты поправляйся! Слова-то не сдержал! Помнишь, обещал после победы лезгинку вокруг перископа протанцевать.
- Кажется, не протанцую, Жора. Другое слово я, может быть, действительно, сдержу.
- Это какое?
- Помру вот. Помру - и унесу с собой твою туфельную тайну…
- Остришь все! -упрекнул друга Сахаджиев.
- Не разводи панихиды, старпом, - посоветовал Орлов.
- Он больше не будет, - сказала Надя.
- Я не ною, Дядя Надя, - рассудительно заговорил раненый. - Просто чувствую - это конец! И ты это знаешь - тоже чувствую. Вдруг не успею высказаться. Вот и говорю. Расскажешь потом Наташе все, как было. Пусть никаких трауров не устраивает, никакого вдовства - я этого терпеть не могу! Пусть замуж выходит, найдется и другой парень - не хуже. Будет плакать - скажи ей: если бы она умерла - я бы обязательно женился. Так и скажи!..
- Что ты говоришь такое, Аркадий! - рассердилась Надя.
- Желаю ей счастья - вот и все. Думаешь, мне не хочется жить? Очень хочется! Хочется снова увидеть солнце и море, леса и реки… Очень хорошо мне было с Наташей. Спасибо ей. Скажи об этом, Дядя Надя…