Наконец мы над морем. Я смотрю на часы. Мы летим только двадцать минут. Перед нами бесконечный простор, весь будто из голубого шелка. Волны, как маленькие рубчики, бороздят его лицо.
Солнце пробилось сквозь облако, и сразу все стало ярче и грандиознее. Светлые пятна бродят по морю. Тень самолета скользит по воде. Редкие облака спешат к югу, нам навстречу. Некоторые имеют форму великана, козы, рыбы. Иногда они пролетают под нами. Сверху они кажутся совсем белыми, как снег, и пушистыми, как вата.
Впереди широкая стальная полоса, похожая на нож, врезывается глубоко в темно-зеленый берег. Это Унская губа. По всему берегу моря и дальше вглубь — густые леса, и в лесах кое-где поблескивают озера.
В море показались отмели и камни. Здесь знаменитые Унские Рога — место крушения многих судов.
Самолет поворачивает в Унскую губу. Какая резкая перемена! Вода в губе совсем прозрачная. Видно все дно, со всеми извилинами и углублениями. Стаи уток и гусей мечутся при нашем приближении. Одна стая налетает на другую, сшибаются, ныряют в воду. Каким, вероятно, чудовищным хищником кажется самолет птицам! А птиц здесь тьма. Их стаи на фоне голубой воды кажутся черными пятнами. В губе всюду заборы в виде углов. Это для ловли рыбы. Сверху нам видно: рыбы много, и рыбы крупной. Большие стаи спокойно стоят в воде. Разбегаются, когда прямо над ними по воде мелькнет тень самолета.
Подул сильный ветер. Нас начало качать. Вода в губе покрылась рябью, потемнела. Солнце скрылось.
Десять минут мы несемся над губою к западу. Губа становится все уже. Самолет поднялся на восемьсот метров. Впереди, далеко за черными лесами, едва виднеется Онежская губа.
Часы показывают три. Унская губа кончилась.
Мы летим над болотами, лесами, озерами. Пилот Копылов берет большую высоту, чтобы в случае поломки мотора можно было долго планировать и добраться до удобного озера или болота.
Леса, леса… Я смотрю вниз. Огромные деревья повалены на землю, точно спички брошены в траву. Кое-где прохлыстнулись тропинки с деревянными настилками. Озера здесь великолепны — точно светлые чаши в зеленой оправе. На некоторых большие острова; сосны стеной встают прямо у берега, из воды. Много извилистых лесных речек. Нигде не видно человеческого жилья.