- И много птичьего народа туда собирается лететь? - спросила беркута жена.
- Никто не полетит, - ответил беркут. - Я им сказал, что страна та неприютная, ветреная и морозная, полетят - все померзнут… Так что переселимся туда мы одни, расплодимся на приволье и заживем как господа.
Чирок все это слушает. Слушает и слышит, что замолчавший беркут начал делать со своей женой то же самое, что он, чирок, сам только что делал: целовать да миловать. Взыграла ревность у чирка: как-никак за год супругу беркута он уже привык считать почти что своей супругой. Не выдержал чирок и с криком 'Чус!' сорвался со своего сучка и полетел прочь.
Вспугнутый криком чирка беркут резко встрепенулся в своем гнезде, и оно с треском рухнуло на землю.
- Чей это голос? - спросил грозно беркут у супруги.
- Спрашиваешь про какой-то голос, хотя сам слышал всего лишь звук обломившегося и упавшего сучка, - спокойно ответила хитрая, как и все женщины, супруга.
- Что-то непохоже.
Какое-то время беркут еще сомневался. Но ведь никаких доказательств у него все равно не было. Так что разговор тем и кончился.
Наутро опять собралось птичье собрание, и чиров на нем сказал, что на севере хорошая земля.
- А откуда ты знаешь? - спросили его.