– Ну, попробую посадить, если уж так.
– В таком случае, давай сюда твой рисовый шарик.
Добившись-таки от Краба своего, Обезьяна поспешно запихала лакомство в рот и принялась жевать, боясь, как бы Краб не передумал. Свое зернышко она передала Крабу, стараясь показать при этом, как ей жаль расставаться с ним.
На том и распрощались. Ну вот, понес Краб зернышко к себе домой и, как только добрался, сейчас же посадил его, как учила Обезьяна, в саду.
Скоро показались ростки, а затем лист за листом, веточка за веточкой стало дерево с каждым днем все расти да расти. Это очень забавляло и радовало Краба; он испытывал огромное наслаждение при мысли о том, что скоро дерево станет большим и на нем появится много плодов.
Правду говорят, что для каштана и персика надо три, а для каки — восемь лет.
Как раз на восьмой год осенью прежнее зернышко, величиной всего с кончик мизинца, превратилось в такое большое дерево, что на него надо было смотреть, задирая голову, и, точь-в-точь как говорила Обезьяна, все оно было увешано, словно фонариками, красными вкусными плодами.
Краб был в восхищении. Ему очень хотелось поскорее попробовать каки, но, как ни старался он достать их снизу, увы, никак не мог схватить их своими клешнями, так как был очень низок ростом.
Забраться на ветви дерева тоже не представлялось возможным, ведь крабы могут передвигаться только в одном направлении — вбок. Как тут быть?
«Нет,- огорчился он, – одному мне тут, видно, не управиться; остается только идти к своей приятельнице Обезьяне и просить ее обобрать для меня плоды с дерева. Да, это самое лучшее».