Читаем также у Дан. 12: 8–9: „Я сказал это, но не понял, и потому сказал: господин мой! что же после этого будет? И отвечал он; иди, Даниил ибо сокрыты и запечатаны слова сии до последнего времени".

Здесь дается еще более сильное доказательство полного Божественного руководства пророком писавшим Св. Писание, Даниил, чувствовал, что писал великую истину, но не мог понять ее глубокой идеи.

В Псалме 21 говорится о разделении риз Христа, но понималли Давид пророческий смысл того, о чем он писал, трудно сказать. Тем более, — как он мог проникнуть в понимание слов „пронзили руки мои и ноги мои" (ст. 17), если известно, что распятие совсем не практиковалось у евреев, а у римлян при распинании руки и ноги не прибивались гвоздями, а привязывались веревками? Представьте себе, какие ужасные ошибки могли бы вкрасться в Св. Писание, если бы составителям его дано было право выбора слов и выражений по их собственному представлению?

Ветхий Завет содержит не менее 333 пророчеств относящихся к Мессии и исполнившихся в земной жизни Господа Иисуса Христа. Какая участь постигла бы все предсказания, если бы они не были написаны через вербальное Боговдохновение?

А вот перед нами повествование Библии о сотворении мира. Чем другим, как не вербальным вдохновением, можно объяснить поразительную по своей сжатости и научной точности выразительность? Что, если бы Моисею со всей его ученностью того времени, было поручено собственными словами написать первые главы книги Бытие, не яолучилось ли бы то же самое, что с Халдейскими легендами, в которых такое обилие неточностей и противоречий, а ведь они писались людьми не менее образоваными, чем Моисей?

Останавливаясь на этом вопросе, приведем несколько ярких свидетельств ученых современного научнаго мира.

Известный физик и математик Андрей Ампер (1775–1836) так подтверждает верность Моисеева повествования о творении мира: „Последовательность, в которой появляются органическиобразованные существа, составляет точную последовательность шести дней Творения, как представляет нам книга Библия”[8] ).

Американский геолог Дана (1813–1895) после серьезных научных исследований убедился в том, что естественные науки в своих главных чертах согласны с космогонией Моисея, а потому он пришел к выводу что Библия — книга не человеческого, а Божественного происхождения. „Можно заключить, — говорит Дана, — что если документ Моисеев истинен, так как порядок событий в космогонии Писания в существе дела соответствует тому, который дан геологией, — значит, он — Божественного происхождения. Ибо никакой человеский ум не был свидетелем событий"..[9] )

Всемирно прославленный своими оптическими открытиями французский ученый Био (1774–1862), относительно Моисеева повествования о миротворении выразился: „Или Моисей имел столь же глубокую научную опытность, какою обладает наш век, или он был вдохновлен".

Среди бесконечного ряда других свидетельств ученых людей возьмем еще одно — заявление проф. Беттекса из его знаменитой статьи „Первая страница Библии", где он говорит: „Каждый человек в отдельности, также как и все человечество в совокупности, етоит перед двойным вопросом: откуда мы и куда мы идем? Но Господь, создавший человеческое сердце и ведающий все его вопросы, дал нам ответ в Своем Слове. Первая книга Моисея — книга Бытие повествует, откуда мы изошли, а последняя книга Св. Писания — Откровение Св. Иоанна указывает, куда мы идем…"