Эрле потупила глаза и пояснила:
— Может быть, учитель находился в момент убийства в состоянии невменяемости.
— Нет, сказал Вольдемар, — я не был безумен. Вернее — во мне проснулся кто-либо из моих предков. Я почти хладнокровно приговорил Анну к смерти. Я казнил ее, предварительно объявив ей приговор.
— Ты мог!
— За что?
— Я совершил даже два убийства. Она готовилась быть матерью.
— Вольдемар, чудовищно!
— Знаю и страдаю.
— Но за что? За что?
— За измену.