— Ну, Федор Михайлович, куда же вы, вы же чаю еще хотели!
— Чаю хотел? Когда я хотел чаю? Клевета-с. Я хотел только поделиться с вами темой. Антихрист, то-есть величайшая пошлость, уже понемножечку воцаряется, гнуснейшее мещанство грядет; и интересно, кто обрубит ему хвост?
Когда ушел Федор Михайлович, наступило молчание, Я первый прервал его:
— А кто такой Федор Михайлович? Кто это был?
— Достоевский.
Теперь продолжаю прерванный рассказ.
Итак к Новоселову приехал Суворин.
— Кстати, «Новое Время» Устрялова продается за грош[154], — сказал он. — Купите, ваше превосходительство, и с богом. Я только на газету гожусь.
Суворин славился, как либеральный фельетонист «Петербургских Ведомостей» и готовился быть не у дел. Я написал новую программу, а идею «Духа Журналов» сохранил в виде отдела «Среди газет и журналов»[155]; эта рубрика Суворину понравилась, он и заимствовал ее потом для своей газеты, с генералом же не сошелся; суворинская смета привела Новоселова в ужас.
Из «Пчелы» я получил гонорар от издателя Г. Иероглифова и в редакции «Кругозора» познакомился с Майковым, наговорившим мне хороших предсказаний.