Незнакомец быстро встал им навстречу и с легким еврейским акцентом проговорил:
— Если не ошибаюсь, Лев Сергеич Грибов?
— Да, — ответил Грибов. — С кем имею честь?..
— Здравствуйте, дорогой товарищ, — живо заговорил тот, протягивая руки. — Я Шнеерсон, Давид Борисыч… Они обнялись и поцеловались.
— А мы к вам собирались, — ласково заговорила Варвара Михайловна.
— Ну, и отлично, — засуетился Шнеерсон, — мы так и сделаем. Не раздевайтесь, пожалуйста, а прямо к нам, обедать. Мы с женой давно поджидали вас… У меня тоже дети: одна большая, невеста уж, и две маленьких дочурки… Э, да у вас мальчики!
— А она — девочка, — указал меньшой на сестренку.
— Ах, ты, батюшка мой сахарный, — нараспев проговорила Семеновна, снова укутывая начавших было раздеваться детей.
Но мальчик недовольно нахмурил брови и заявил обиженным тоном:
— Это поп — батюська, а я — Петя — мальчик. Все весело рассмеялись и тронулись в путь.