Выбор военной собаки

Вопрос о выборе собаки, наиболее пригодной для работы в период военных операций, имеет, бесспорно, большое значение и должен быть рассмотрен с двух точек зрения: 1) с точки зрения выдвижения определенной породы, наиболее поддающейся обучению и наиболее приспособленной к указанным выше целям, и 2) с точки зрения выбора отдельного экземпляра. Говоря по первому вопросу, нужно прежде всего выяснить, какими качествами должна обладать военная собака.

Неприхотливость и выносливость должны занимать бесспорно одно из первых мест, затем последуют хорошо выявленные природные инстинкты (особенно для собак охранения, разведки, конвойных и караульных), затем необходимо отсутствие трусости, жизнерадостность, гибкость и быстрота в движениях. В отношении психического состояния военная собака должна быть податлива к обучению, не нервная, а также не тупа и не упряма по своему характеру.

Западные государства, уже много лет занимающиеся вопросами применения военных собак, заняты установкой и выводом определенной новой породы, наиболее пригодной для указанных целей. На основные породы, применяемые за границей, мы можем указать на немецкую овчарку, эрдель-терьера, мюнхен-шнауцера и, в меньшей степени, на доберман-пинчера.

Безусловно, чрезвычайно трудно выработать породу, пригодную для работы в равной степени и на наших северных окраинах и в жарких плацдармах Туркестана. Но, тем не менее, дело применения военных собак в нашем Союзе, с первых же лет своего развития, стоит вплотную с вопросом о выведении специальной нашей породы и вот по каким соображениям: до сего времени, пока шли подготовительные работы экспериментального характера, все дело было в зачаточном состоянии и мы удовлетворяли наши потребности путем обращения к германскому рынку — этому мировому рынку собак, выписывая широко распространенные породы немецких овчарок, доберман-пинчеров и в единственных случаях эрдель-терьеров, но сейчас это нас удовлетворить ни в коем случае не может. Прежде всего, эти породы еще недостаточно акклиматизировались у нас в Союзе, а затем мы не можем базироваться в вопросе собаководства исключительно на заграничных рынках, так как, кроме трудности доставки и дороговизны, почти невозможно рассчитывать на получение действительно классовых экземпляров (необходимых для разведения). В довершение всего, за последнее время, безусловно, замечаются и признаки вырождения породы немецкой овчарки. Коль скоро дело от опытов перешло к процессу широкого развития, нам требуются уже не десятки, а тысячи экземпляров и мы бесспорно должны уйти от зависимости германского рынка, с его недостаточно для нас акклиматизированными породами и дороговизной.

Научно-поставленные опыты выявят наиболее удобную для нас породу, но в настоящий момент наша ориентация, должна быть направлена на наших кавказских овчарок и наших северных лаек. Взяв в основу выносливость, неприхотливость и подвижность данных собак (последнее не относится к кавказским овчаркам) и приняв во внимание полную акклиматизацию их, мы можем рассчитывать в недалеком будущем уйти от германского рынка и работать исключительно на новых наших русских породах.

Пока в первые годы развития дела мы можем рекомендовать следующее распределение пород:

Караульная и конвойная служба — кавказские овчарки, южно-русские овчарки, немецкие овчарки и эрдель-терьеры.