Поднял он его — тряхнул, швырнул, да так,
Что калмык усатый сразу в землю влип
И, ревя медведем, тут же и погиб…
И другой калмык выходит на майдан,
Голос у него не голос — барабан!
Чтоб его батырский опоясать стан,
Взять в пятьсот размахов надобно аркан.
Караджан сказал: — Ты на меня? Изволь! —
Обхватил, приподнял — бросил в Чилбир-чоль.
Видит — на майдан еще калмык идет,