Весь твой скот моим отныне стал скотом,
Пастухи твои останутся при нем,
Ты над ними будешь старшим пастухом.
Это говоря, кончаю речь на том.
Думаю, доволен ты моим судом!
Услыхал такие слова Байсары, — успокоилось сердце его: хоть и лишился он скота, зато хоть жизнь сохранил. Приказал калмыцкий шах мирзам своим бумагу написать, Байсары к ней руку приложил, — мол, все ему известно и со всем он согласен. Шах печатью своей припечатал ту бумагу, — стал Байсары начальником над пастухами. Собрал Байсары весь раньше ему принадлежавший скот — обратно погнал его на Айва-коль…
Сурхаиль, старуха эта коварная, во все шахские дела вмешивалась всегда. Видит она такое дело, — решила по-своему все повернуть. Говорит Сурхаиль Тайча-хану:
— Осень подоспела — розам облететь,
На увядших розах соловьям не петь.
Я несправедливость не могу терпеть: