Столько-то проходит дней или недель, —
С Алпамыша сходит непробудный хмель;
Он открыл глаза: в уме ль он, не в уме ль?
Неужель он в плен попался? Неужель?!
Увидав себя заточенным в зиндан, сильно сокрушился Алпамыш душой и, раскаиваясь в своих оплошных делах, заплакал, так говоря:
— Суждено, увы, такое горе мне!
Узник я в чужой, далекой стороне!
В этом подземельи, в темной глубине
Сколько лет придется жить в позоре мне?
Вряд ли выбраться удастся вскоре мне!