Уморился он — себя не бережет.
А стрелок все ближе — и вот-вот стрельнет…
Видит старуха, что сын ее к самому гусю уже подбирается, и гусю беспечному такие слова вдаль прокричала:
— Ты растай-истай, глубокий снег, в горах!
Вражий труп, изгнив, да превратися в прах!
Ты не гогочи, крылатый арзачи!
Позабудь беспечность, вспомни смерти страх!
Без раздумья в небо взвейся, поспеши, —
Стережет тебя твой злейший враг в тиши!
Он тебе не виден, сам ты на виду, —