— Я должен был и сам догадаться, государь мой, из того, что вы имели любезность прийти ко мне. Прошу прощенья!
Так говорил Гюг-купец, а Гюнтер только дивился на него.
— Ты что-то чересчур высок для купца, Гюг! — заметил он. — Неужели в Алосте родятся такие богатыри? Король Ричард улыбнулся.
— Это мое единственное преимущество перед вами, господин мой, — ответил он. — Впрочем, мои землячки вообще родят статных молодцов.
— Вы были воспитаны в Алосте, мастер Гюг? — с подозрением отнесся к нему Гюнтер.
Ричард снова рассмеялся и сказал:
— Ну, об этом уж спросите у матери моей, господин Гюнтер.
— Гром и молния! — подумал австриец. — Вот-то развязный купец.
Он принялся делать кое-какие затруднения, мелочные чиновничьи докуки, а король Ричард все посмеивался, стараясь в то же время исполнять все требуемое, Но Гюнтеру все было мало. Он сказал, что его сюзерен, эрцгерцог, крутенек относительно прихода иностранцев. У Ричарда сорвалось с языка, что он не особенно уважает эрцгерцога. Однако в конце концов он все-таки получил пропуск. И все было бы хорошо, если б только, уезжая из Газары, он не переплатил по счету.
«Переплатил» — не настоящее выражение: он просто затопил хозяина в золоте. Спеша пуститься в путь, он разозлился на трактирщика, который приставал к нему со счетом.