— Ах ты, бык! Тут нет пропуска никому, кроме смельчаков.
— Прочь, попугай! — воскликнул Жиль и углубился в лес.
Только благодаря тому, что Гастон дал клятву, не было тогда пролито ни капли крови, но он надеялся, что пустит ее в свое время. Оттого-то он заметил:
«Вон поехал покойник!» — и снова принялся за свои песни.
А Жанна, заслыша конский топот, выбежала навстречу всаднику. Лицо ее вспыхнуло.
— Войдите, войдите! — сказала она и взяла его за руку.
Он посдедовал за ней с бьющимся сердцем, не смея и не зная, как вымолвить слово. Жанна повела его в маленькую темную часовню.
— Жиль! Жиль! — воскликнула она, задыхаясь. — Жиль, любите ли вы меня?
Он как-то вдруг охрип в едва мог выговорить от схваток в горле.
— О Боже! — прошептал он задыхающимся голосом. — Боже, как я люблю вас, Жанна!