По освещенной стене, прямо над головой девушки, стояла тень оконной рамы, похожая на тень большого креста.
— Мы не можем столько ждать! Не можем! — и, еще раз поглядев на крест, зашагал по комнате.
Они жили в Нордхаузене третий день. Карл отказался возвращаться в Берлин до перехода Федором границы. Ни он, ни Инга, несмотря на все старания, не могли найти проводника. Немцы толпами ходили на ту сторону, и их часто задерживали; после двух-трех дней опроса, обычно, отпускали. Если бы задержали Федора, то акцент выдал бы его, да и документов немецких не было.
— Завтра ночью пойдем во что бы то ни стало! Надо…
Его перебил стук во входную дверь. Инга и Карл вскочили. Она хотела подойти к Федору, но тот нетерпеливо махнул рукой уходить в кухню. Достал из-за печки пистолет и положил в карман. Стук повторился. Федор вышел в коридор.
Фрау Шмидт оторвалась от глазка двери:
— Какой-то военный, — и уступила место Федору.
За дверью стоял Василий.
Василий вошел боком и первое, что увидел, — гражданское платье Федора. Забывая поздороваться, шагнул к нему:
— Что случилось, Федя?