На улице к Федору подошел патруль — офицер с двумя автоматчиками.
— Ваши документы, товарищ майор.
Стиснув зубы от нарастающего бешенства, Федор достал удостоверение. Офицер осветил книжечку фонариком и стал тщательно разглядывать.
Федор чувствовал, что, начни тот расспрашивать, он накричит.
Но офицер вернул удостоверение и козырнул.
«Проклятая жизнь! Как они не поймут, что так же нельзя жить!» Улицы казались мрачными и нежилыми. Вспомнил о письме. Так ничего и не придумал и не решил.
Фильм кончился. Публика потеклак выходам. Инга, еще взволнованная ужасами фильма, прижималась к руке Федора. У дверей он мягко отстранил ее — предосторожности ради.
Глава шестнадцатая
Курфюрстендамм горел огнями и казался не таким разрушенным, как днем. Федор, в пальто и шляпе, задержался у дверей, прикуривая. Инга прошла правее. Карл с машиной ждал за углом. Когда Федор вышел из толпы, перед ним выросла фигура незнакомого человека. Федор удивленно остановился.
— Ваши документы, — по-русски спросил незнакомец.