— Карл Мюллер.
— Где находится ваша автомашина?
— В гараже.
Когда обыск и допрос окончились, на столе лежали документы Федора, пистолет и письма. Капитан встал и, глядя Федору в глаза, значительно произнес:
— Вам придется ехать с нами.
— Как вас понимать — я арестован?
— Нет, но я имею распоряжение.
Повезли не в оперотдел, как думал Федор, а в Центральную Комендатуру на Луизенштрассе.
В маленькой грязной комнате без окон стояла койка с солдатским одеялом, стол и табурет. Дверь заперли. «Хорошее — не арестован!» Федор, не раздеваясь, лег на койку и укрылся шинелью.
«Инга стояла у окна, когда уводили… Карл сознался… Если вышлют в Союз, что будет с Ингой?…» Повернулся на другой бок. «Где же Карл?… Нет, он не сознается… Надо не сознаваться. Дернул же меня чорт поехать на эту идиотскую картину — будто чувствовал… Нет, сознаваться нельзя…»