Минута на пути,
Я не могу тебя забыть,
Прости меня, прости».
Лицо Кати — пьющей птицы всплыло в памяти.
Вошла «жена» с тарелками на подносе. Она незаметно рассматривала Федора. «Освободили», — подумал он, — «сделали наложницей, потом выбросят «по приказу» на родину. Что ее там ждет, прошедшую военную Германию и постели «освободителей»?
Перевернул пластинку — тот же голос со слезами и горле:
«… Обо мне не грусти, мой друг, я озябшая, хмурая птица,
Мой хозяин, жестокий шарманщик, меня заставляет плясать…
Вынимая билетики счастья, я гляжу в несчастливые лица,
И под вечные стоны шарманки мне мучительно хочется спать…»