За окнами экспресса в весенней зелени мелькали десятки городов. Все в них было ново, необычно, интересно: дома, крыши, улицы, подстриженные сады, люди в незнакомых одеждах. Картины сменялись одна за другой, как. в кинематографе.
На второй день к вечеру в вагоне среди пассажиров начало чувствоваться какое-то невольное возбуждение.
— Ну, товарищи, пора собираться, — озабоченно заметил Шварц: — через полчаса Париж.
— «Париж! В него въедешь — угоришь…» — весело подмигнул Нездыймишапка. — Посмотрим!
И туже подтянул пояс своей блузы.
Скоро из окна можно было увидеть необъятное синее облако, лежащее на самом горизонте, освещенное красными лучами закатного солнца.
— А по-моему это лес, — не согласился Антошка.
Но проходивший по коридору кондуктор, в ответ на ломаные вопросы Шварца, с улыбкой разъяснил, что громадная полоса на горизонте не облако и не лес, а именно Париж.
У Антошки даже дух захватило от изумления.
— Такой большой?..