— Да я не мучаю! А только надо было больше читать. Я и сам здесь не бывал, а могу спорить, что за тем бугром будет большой город и называется он Пара.
— Как же ты узнал?
— Очень просто. Вон поглядите, ребята — птицы. Это ястребы, и Пара ими славится. Читал я много про Южную Америку. Они заместо голубей здесь. Серый туман, о котором говорил Микола, это дым от пароходов. Пара — морской порт, и в нем всегда много пароходов со всех концов света. А что шума нет, так это очень просто: город выше нас за бугром, шум и не доходит. Вот и все. К тому же тут и шуметь особенно нечему: заводов нету.
В это время тишину прервал низкий вибрирующий звук, постепенно вытягивавшийся над степью. Он плыл, казалось, издалека, был слаб, но настойчив, и в тишине прекрасного вечера являлся единственным цельным стройным шумом.
— Вот вам и порт шумит, — продолжал Сидоренко. — Это, должно, или пароход пришел, или уходить собрался. Одно из двух.
— Айда в город! — прервал разговоры Микола.
Бодро двинулись берегом вдоль реки, по течению. Золотой закат багровел, прижимая голубые остатки дня к изумрудной земле.
Итти было трудно. То и дело приходилось обходить ручейки, ручьи, речушки. Густой лес неожиданно надвинулся сплошной стеной. Лавировать между деревьев было почти невозможно, так как лианы сплошь оплетали стволы, спускались с деревьев, переплетались между собой, образуя крепкие сетчатые стены.
В лесу стало совсем темно. Путешественники не видели друг друга. Сидоренко, как более опытный, подал совет:
— Ребята! Давай перекликаться. Я буду говорить: «есть»! А вы — один за другим — отвечайте по имени.