— Это все панские денежки делают…
Как тростник под ветром, зашелестели, заметались, заволновались подавленные, растерянные люди.
— Что с нами будет?..
— Ах, предатели! Ах, звери! Что затеяли!..
Солдаты хмуро и недоверчиво размещались по хатам.
— Зачем вас пригнали сюда? — спрашивали турбаевцы запыленных загорелых егерей. — С кем вы воевать собираетесь?
— Да, говорят, бунт у вас тут получился… — отвечали те с некоторой неловкостью, видя перед собою мирных людей.
— Бу-унт? Да нам волю должны объявить!.. От царского сената! Сенат вырешил. Какой же тут бунт?
— Нам ничего неизвестно.
А в барских хоромах шла в это время совсем другая суета. Повара и стряпухи резали для приезжих гостей цыплят, кур, индюшек. Из погребов вынимались старые заграничные вина, разные домашние наливки, настойки, запеканки, к столу выбирались наиболее удачные соленья и приправы, из сундуков отсчитывалось ключнице парадное, затейливое столовое серебро.