Для удержания местного населения в православии, очевидно, надо создать для него школы в православном духе, и при том такого устройства, чтобы они могли выдержать конкуренцию с инословными. Но как это сделать? Сами арабы, как малокультурный народ, да ещё под турецким гражданским и под греческим духовным режимом, не в состоянии открыть не только высшей или средней, но и порядочной сельской школы.
Вот тут-то наше Палестинское общество и пришло на помощь арабам со своими русскими учителями. Но как скромно и деликатно это было сделано в Сирии!
Осенью 1895 г., иерархи Антиохийской церкви, видя успех русских учебных заведений в Палестине, стали горячо просить наше Палестинское общество, чтобы оно взяло на своё попечение и сирийские школы. Несмотря на свои небольшие средства, общество почло себя нравственно обязанным не отказывать в таком святом деле, а потому распространило свою учебную деятельность и на Сирию.
В короткое время общество взяло под свою опеку сорок две школы и разделило их на две инспекции: Южно-Сирийскую с Дамаском во главе и Северо-Сирийскую, к которой принадлежит Ель-Мина, Триполи и Хомс. Бейрутския школы выделены пока в отдельный округ под непосредственным заведыванием М. А. Черкасовой.
В Южно-Сирийской инспекции представителя общества, Димитрия Фёдоровича Богданова (из Казанской духовной академии), было семь мужских школ, двадцать смешанных и одна исключительно женская. В них насчитывается 2.111 учеников и 1.333 ученицы. Северо-Сирийския учебные заведения были в ведении инспектора Ефима Ивановича Тарасова (из Петербургского историко-филологического института). В моё время здесь насчитывалось четыре мужских школы, девять смешанных и одна женская. Всех учащихся в них 2.519 мальчиков и 1.44 6 девочек.
Успех наших школ больше всего очевиден в сёлах. Например, в Рахбэ и Джиброиле дети покинули протестантские школы с открытием русских. В других же сёлах жители упорно отказываются от назойливых предложений латинян и терпеливо ждут православных школ.
Палестинское общество, как я говорил, радо исполнить их просьбы; но помимо того, что для этого нужны большие деньги, надо ещё создать контингент надёжных учителей, которые, взявшись за Орало на арабской почве, не оглядывались бы назад в Россию. Как бы то ни было, общество дало арабам семьдесят школ, где обучаются до 10.0 00 человек.{1}
Кроме двух учительских пансионов в Назарете и Бет-Джале, созданных по типу российских учительских семинарий, все остальные школы общества делятся на одноклассные и двухклассные. В первых, с тремя последовательными группами и тремя годами обучения, преподаются: Закон Божий, арифметика, арабский и русский языки и пение. В двухклассных же училищах с тремя последовательными группами в 1-м классе, т. е. с пятью годами обучения, преподаётся то же самое, что и в одноклассных, конечно, в расширенной программе и, кроме того, ещё турецкий язык и география.
Кстати сказать, число русских паломников в Палестине с годами всё увеличивается и увеличивается. Иные проводят в ней несколько месяцев, а есть, которые живут в Палестине и годы. Весь этот русский люд находится здесь в постоянном движении, а следовательно, и в общении с местными жителями во всех городах и сёлах. Теперь неудивительно встретить араба, знающего несколько слов и даже несколько фраз по русски. Мне попадались мукари (проводники), которые очень развязно объяснялись по-русски с паломниками, научившись языку только от них в караванных шествиях по святым местам. В этих видах для нас, конечно, выгодно распространение русского языка среди арабов.
Замечу кстати, что теперь, кроме Православного Палестинского общества заботится ещё другое — общество Востоковедения — о распространении русского языка вообще в Азии, чтобы тем содействовать сближению России с восточными странами и служить проводником русской культуры и производительности среди восточных народностей.