Не усомнился Катулл побросать серебро и сосуды
Дело Парфения рук, целый кубок вместимостью с урну,
Кубок, достойный хоть Фола-кентавра, хоть Фуска супруги;
За борт пошли и лохани, и множество утвари разной,
Чаши резные, из коих пивал и Филипп Македонский.
Есть ли на свете другой кто-нибудь, кто бы нынче решился
Жизнь предпочесть серебру и имуществу — только спасенье?
50 Не для того, чтобы жить, составляют себе состоянье
Многие, нет, — как слепцы, живут состояния ради.
Большую часть самых нужных вещей побросал он, и все же