Будто не может снести от жары он большую тяжесть
Геммы, — как тут не писать? Кто настолько терпим к извращеньям
Рима, настолько стальной, чтоб ему удержаться от гнева,
Встретив юриста Матона на новой лектике, что тушей
Всю заполняет своей; позади же — доносчик на друга
Близкого, быстро хватающий все, что осталось от крахов
Знатных людей: его Масса боится, его улещают
Кар и дрожащий Латин, свою подсылая Тимелу.
Здесь оттеснят тебя те, кто за ночь получает наследство,
Те, кого к небу несет наилучшим путем современным