Сгинул он после того, как его забоялась меньшая
Братия: так он погиб, увлажненный Ламиев кровью.
САТИРА ПЯТАЯ
Если не стыдно тебе и упорствуешь ты, полагая,
Будто бы высшее благо — кормиться чужими кусками,
Если ты можешь терпеть, что не снес бы Сармент и презренный
Габба среди унизительных яств у Августа в доме,
Я не поверю тебе, хоть бы клялся ты мне под присягой.
Знаю, желудок покладистей всех; однако представь, что
Нету того, что достаточно было б для брюха пустого,