Но былъ случай и болѣе торжественнаго отпѣванія. 19 мая скончался въ Кремлѣ на своемъ дворѣ, впослѣдствіи перестроенномъ въ Потѣшный дворецъ, тесть государя, отецъ царицы Марьи Ильичны, великій бояринъ Илья Даниловичъ Милославскій. На другой день, въ среду, его вынесли на Троицкое подворье въ церковь св. Сергія, что у Трапезы.
Въ тотъ день праздновали св. Алексѣю митрополиту и потому государь слушалъ литургію въ Чудовѣ монастырѣ, гдѣ служили Макарій, патріархъ Антіохійскій, и Іоасафъ, патріархъ Московскій. Третій патріархъ, Паисій Александрійскій, совершалъ службу надъ тѣломъ покойника на подворьѣ вмѣстѣ съ митрополитомъ Павломъ Сарскимъ.
Послѣ обѣдни въ Чудовѣ государь и оба патріарха перешли по переходамъ на подворье и тамъ три патріарха съ другими властями совершили отпѣваніе въ трапезѣ; въ самой церкви было непомѣстимо.
Послѣ отпѣванія покойнпка проводили митрополитъ Сарскій со властями и бояре къ церкви Николы, именуемаго Столпа, для погребенія, гдѣ были похоронены родители покойнаго. Въ проводахъ воспѣвали пѣвчіе государевы и патріарховы всѣ станицы. Кому выходило такое счастіе на погребеніи, что отпѣвали три патріарха!
Царь Алексѣй Михаиловичъ не забывалъ Троицкое подворье и во время своихъ ночныхъ выходовъ въ прощеные дни Масляницы и Страстной недѣли для раздачи братіи милостыни, и особенно на Святой для христосыванья съ иноками, или въ дни рожденія государевыхъ дѣтей, а также и при другихъ особенныхъ случаяхъ.
Такъ, въ 1674 г. октября 24, намѣреваясь на время переселиться со всѣмъ семействомъ въ загородный Дворецъ въ селѣ Преображенскомъ, государь дѣлалъ выходъ по монастырямъ и подворьямъ, какъ обычно ходилъ въ прощеные дни и на Святой недѣлѣ, въ томъ числѣ и на Троицкое подворье. Слѣдомъ за нимъ ходила и царица съ младшими царевичами и царевнами по тѣмъ же монастырямъ и подворьямъ, именно въ соборы Успенскій и Архангельскій, въ Вознесенскій и Чудовъ монастыри, на Троицкое и Кирилловское подворья да къ Николѣ Гостунскому.
Женская и малолѣтная половина царской семьи, какъ извѣстно, всегда была сокрыта для народныхъ очей и потому если и случалось ей приходить въ Сергіевъ праздникъ къ церковной службѣ на подворье, то такіе выходы всегда совершались втайнѣ. Въ церковныхъ запискахъ 1685–1691 гг. упоминается, что къ литургіи въ Сергіевъ праздникъ на Троицкое подворье приходилъ и молодой царь Петръ, а также царица и большія царевны, обыкновенно внутренними переходами съ Дворца.
Патріархъ также ходилъ къ празднику и отъ праздника переходами, архіереи каретами, а черныя власти пѣшкомъ. За патріархомъ слѣдомъ приходили царевны тайно и стояли во время службы въ трапезѣ за занавѣсками. Кажденіе имъ бывало и прежде патріарха, какъ онъ самъ приказывалъ.
А. В. Горскій въ «Описаніи Троицкой лавры» приводитъ свидѣтельство, что «въ 1666 г. августа 18 монастырь Богоявленскій на Троицкомъ подворьѣ вмѣстѣ съ патріаршимъ дворомъ сгорѣлъ».
Но здѣсь кроется какая-либо неточность, потому что въ томъ году, августа съ 26 на 27, царь Алексѣй Мих., обрадованный рожденіемъ царевича Ивана Алексѣевича, совершивъ богомольный выходъ въ соборы и монастыри Вознесенскій и Чудовъ, возвратился въ свои хоромы изъ Чудова монастыря переходами, которые пролегали чрезъ улицу и чрезъ весь патріаршій дворъ, чего не могло бы случиться, если бы патріаршій дворъ горѣлъ за нѣсколько (за восемь) дней передъ тѣмъ.