Знаменитый годъ этого Всероссійскаго торжества достопамятенъ и тѣмъ, что въ самомъ его началѣ, 25 генваря, вмѣсто Патріаршества былъ учрежденъ Святѣйшій же Синодъ, получившій и особый Духовный Регламентъ, по пунктамъ котораго поведены были новые порядки, отмѣнившіе многое, что происходило при патріаршей власти. Но авторитетъ патріарховъ столько былъ силенъ, что долгое время сохранялъ еще свои старые порядки по крайней мѣрѣ въ домашнихъ своихъ установленіяхъ.

На патріаршемъ дворѣ и въ соборѣ въ это время сохранялся еще старый церковный обычай, что при священнослуженіяхъ въ отсутствіе патріарха творили поклоненіе, какъ присутствующему, его мѣсту, на которомъ всегда стоялъ и патріаршій посохъ. Само собою разумѣется, что для новыхъ порядковъ Духовнаго Регламента такое обстоятельство представлялось уже великою несообразностью, и потому Святѣйшій Синодъ 14 августа 1721 г. опредѣлилъ: «Въ Москвѣ, въ Успенскомъ соборѣ и въ прежде бывшемъ патріаршемъ домѣ, въ церкви Двунадесяти Апостоловъ, патріаршимъ мѣстамъ поклоненія не творить и во оныхъ, въ соборѣ и въ церкви, и въ Крестовой полатѣ, и въ прочихъ (мѣстахъ) обрѣтающіеся при патріаршихъ Мѣстахъ патріаршіе по-сохи, отобравъ, отдать въ Ризницу». При разспросахъ по сему предмету ризничій объяснилъ: «Который де посохъ въ церкви Двунадесяти Апостолъ, и оный де для того въ томъ мѣстѣ, что къ тому мѣсту, по прежнему обычаю, кланяются они даже и до нынѣ (1722 г.)».

Вслѣдствіе этого Синодальнаго опредѣленія патріаршія мѣста въ патріаршемъ домѣ, по всему вѣроятію, были разобраны. Соборное мѣсто, какъ древнее митрополичье, осталось неприкосновеннымъ.

Въ Крестовой полатѣ, какъ здѣсь упомянуто, находилось также патріаршее мѣсто, взамѣнъ котораго по государеву именному указу Синодъ 15 января 1722 г. приговорилъ: «Въ Синодальной Крестовой полатѣ учинить Его Императорскаго Величества мѣсто и надъ нимъ балдахинъ изъ добраго бархата съ золотыми позументы, а для засѣданія столъ съ приличнымъ убранствомъ». Мѣсто и балдахинъ были устроены безъ замедленія архитекторомъ Зарудневымъ. Балдахинъ изъ пунцоваго бархата (100 арш.) съ золотнымъ позументомъ (300 арш.), галуномъ (200 арш.), и бахромою (70 арш.) и пр. шили и вышивали старицы Вознесенскаго монастыря. Все это стоило 2966 руб.

Самая полата внутри была переустроена поновому. Вмѣсто каменнаго пола былъ положенъ полъ деревянный; рундуки у стѣнъ со ступенями разобраны, окна расширены и въ нихъ вставлены Французскія стекла[126].

Въ 1721 и въ 1722 годахъ государь праздновалъ Рождество Христово въ Москвѣ съ особымъ торжествомъ, въ 1721 г. по случаю окончанія войны со Шведами, а въ 1722 г. по случаю блистательнаго похода на Персію и завоеванія Дербента. Въ одинъ изъ этихъ годовъ[127] Великій полководецъ справилъ праздникъ Рождества Христова по обычаю патріарховъ въ ихъ Крестовой полатѣ, гдѣ, обыкновенно, въ навечеріи праздника совершались иногда такъ называемые «Царскіе часы». Въ этой теперь уже не патріаршей, а синодальной Крестовой полатѣ у Часовъ былъ самъ Его Царское Величество и пѣлъ на правомъ клиросѣ съ своими пѣвчими, а на лѣвомъ пѣли патріаршіе пѣвчіе. Отпускали Часы Успенскаго собора ключарь да государевъ протодьяконъ Анфиногенъ Ивановъ, который, конечно, громовымъ басомъ кликалъ многолѣтіе. За такое кликанье протодьяконы всегда получали особую награду. Въ 1722 г. зтому своему архидіакону государь пожаловалъ ради праздника Рождества Христова 10 руб. Это можетъ служить, свидѣтельствомъ, что государь пѣлъ Часы не въ 1721 г., а въ 1722 г.

Въ томъ же 1722 г. по указу Синода мая 9 происходило обновленіе храма 12 Апостолъ. Повелѣно было все ветхое, что есть, починить и устроить храмъ теплымъ, для чего и печь сдѣлать по усмотрѣнію мѣста. Работы производились подъ присмотромъ и подъ вѣдѣніемъ архитектора Заруднева. При этомъ подъ главами храма устроено особое помѣщеніе для новой Ризницы, сдѣланъ подъ сводами храма деревянный потолокъ, отдѣлившій въ храмѣ требуемое пространство для этой Ризницы. Затѣмъ стѣны, своды и потолокъ были оштукатурены алебастромъ различными фигурами и столярными гзымзами; передѣланы вновь двери и окна, въ которыя вставлены по-старому слюдяныя окончины.

Возобновленіе продолжалось года два. Сооруженъ былъ новый рѣзной вызолоченный иконостасъ, написаны новыя иконы, и весь храмъ покрытъ стѣнописью. Въ новой Ризницѣ полъ настланъ зелеными гончарными поливными плитами (изразцами). Старый иконостасъ и со старыми иконами безъ окладовъ были отданы въ Воздвиженскій монастырь, въ новопостроенную церковь, что на Арбатѣ (на Воздвиженкѣ).

Обновленный храмъ былъ освященъ 21 іюня 1724 г.

Остальныя опустѣвшія зданія Патріаршаго Дома мало-по-малу занимались разными вновь учрежденными вѣдомствами. Такъ, въ 1727 г. полаты, гдѣ находились уже Инквизиторскія дѣла, пои велѣно было очистить на Контору Камеръ-Коллегіи, хотя Синодъ доносилъ, что очистить полаты невозможно, потому что въ нихъ живутъ монахи и служители и хранятся Инквизиторскія дѣла; но Коллегія все-таки заняла эти полаты, то-есть бывшій Цареборисовскій дворецъ.