Итакъ, не только вольному Новгороду, но и всей Землѣ теперь было растолковано не одними словами, но еще сильнѣе самымъ дѣломъ окончательнаго покоренія вѣчевого порядка государственнымъ началамъ, было до точности растолковано, что значитъ и какой смыслъ имѣетъ государево государство.
Все это происходило зимою 1477–1478 г. Дѣло совсѣмъ окончилось 20 генваря, когда вел. князь поспѣшилъ послать добрую вѣсть въ Москву къ своей матери и къ митрополиту и къ сыну, что привелъ вольный городъ во всю свою волю и учинился на немъ государемъ, какъ и на Москвѣ. Черезъ 7 дней, генв. 27, эта вѣсть прибыла и въ Москву. Самъ вел. князь прибылъ въ Москву 5 марта, въ четвертокъ 5 недѣли поста, повелѣвъ за собою и колоколъ ихъ вѣчевой привезти на Москву, и «какъ привезенъ былъ и взнесли его на колокольницу на площади съ прочими колоколами звонити».
Въ этомъ достославномъ походѣ былъ и Аристотель. Онъ еще въ началѣ дѣла построилъ черезъ Волховъ подъ Городищемъ мостъ на судахъ, который и послѣ оставался надолго цѣлымъ.
Итакъ, постройка Московскаго большого собора совершалась въ одно время и шагъ за шагомъ въ рядъ съ постройкою Московскаго единодержавнаго государства. Очень понятно, какъ были рады Москвичи, по крайней мѣрѣ въ ихъ властной средѣ, окончанію сооруженія храма и концу вѣчевого порядка. Примѣчательно и то обстоятельство, что, какъ было упомянуто, Новгородскіе мастера устроивали и кровлю собора, покрывая его нѣмецкимъ бѣлымъ желѣзомъ.
Какъ во времена митрополита св. Петра и вел. князя Ивана Калиты, такъ и теперь сооруженіемъ соборнаго храма было положено только начало новому устройству города. Воздвигнутый величественный храмъ одною своею массивностью и свѣтлостью новаго строенія, сравнительно съ остальными малыми и низменными зданіями старинной еще Калитинской постройки, отражалъ въ сильной степени ихъ незначительность и бѣдноту и необходимо вызывалъ мысль о сооруженіи соотвѣтственныхъ ему по красотѣ и величію вмѣсто старыхъ новыхъ зданій.
Но для такихъ зданій не было мастеровъ-строителей, такъ какъ одинъ Аристотель, занятый въ это время пушечнымъ и колокольныыъ литьемъ, денежнымъ дѣломъ и даже походами съ новою артиллеріею, напр., въ Новгородъ, подъ Казань, въ Тверь, по всему вѣроятію уже не имѣлъ времени заниматься архитектурнымъ дѣломъ, и очень вѣроятно также, что онъ указывалъ на свою родину, откуда возможно было добывать мастеровъ не однихъ только архитекторовъ.
Съ Италіей въ то время происходили самыя оживленныя сношенія, и потому вел. князь не мало заботъ положилъ о вызовѣ оттуда дѣловыхъ, знающихъ людей самыхъ разнообразныхъ художествъ.
Мы видѣли какихъ трудовъ и препятствій стоилъ вызовъ и самого Аристотеля. Проходили годы, пока въ Москвѣ наконецъ стали появляться эти очень надобные и желанные художники.
Между тѣмъ, въ ожиданіи Итальянскихъ художниковъ, вел. князь воспользовался и искусствомъ Псковскихъ мастеровъ и 6 мая въ 1484 г. повелѣлъ имъ построить на мѣстѣ стараго свой дворцовый храмъ Благовѣщенія, разобравъ старый только по казну и по подклѣтъ, т.-е. до цоколя.
Вмѣстѣ съ тѣмъ около того подклѣта была заложена казна, особыя помѣщенія для храненія казны, и кромѣ того была заложена кирпичная полата съ казнами, наименованная впослѣдствіи Казеннымъ Дворомъ.