с тоскою глядя на меня…
Янв. 1928
Ивановы
Стоят чиновные деревья,
почти влезая в каждый дом;
давно их кончено кочевье —
они в решетках, под замком.
Шумит бульваров теснота,
домами плотно заперта.
Но вот — все двери растворились,
с тоскою глядя на меня…
Янв. 1928
Стоят чиновные деревья,
почти влезая в каждый дом;
давно их кончено кочевье —
они в решетках, под замком.
Шумит бульваров теснота,
домами плотно заперта.
Но вот — все двери растворились,