— Да что там празднуют?
— А кто их ведает! Веселье, знать, какое: бочек-то с медом выкачено, бочек!..
— В самом деле? — вскричал Фрелаф. — Пойдем, Стемид, на площадь: там лучше все узнаем. От этих серокафтанников толку не добьешься.
— Да, да! — заговорили меж собой вполголоса горожане, смотря вслед за уходящими Стемидом и Фрелафом. — Слышь ты, серокафтанники!.. А ты-то что — боярин, что ль, какой?.. Эк чуфарится! Велико дело: надел железную шапку, да лба не уставит! Не путем вы завеличались, господа ратные люди!.. Много вас этаких таскаются по Киеву-то!.. Видишь — серокафтанники!.. Ох вы, белоручки!..
V
Не шумели и не волновались уже толпы народные, когда Стемид и Фрелаф вышли на площадь. Все наблюдали глубокое молчание и, теснясь вокруг капища Перунова, ожидали с нетерпением появления верховного жреца Богомила. Главные двери капища были отворены, и по обеим сторонам их стояли храмовые прислужники в праздничных одеждах. Вот показались наверху расписного крыльца владимирских чертогов бояре, витязи и приближенные слуги великокняжеские; они шли чинно, друг за другом и, сойдя на площадь, стали рядом, у самого входа в божницу.
— Ого, — сказал Стемид, — да праздник-то не на шутку!.. Посмотри, Фрелаф, все вышли: воевода Добрыня, боярин Ставр, Тугарин Змеевич… Ян Ушмович… любимый баян княжеский Соловей Будимирович… Что это: и Рохдай идет вместе с вашим воеводою Светорадом? Ну, видно, большое будет торжество! Молодец Рохдай попить любит, а не часто храм заглядывает, да и с Богомилом-то он не больно ладит. Я помню: однажды за почетным столом у великого князя он чуть было ему в бороду не вцепился.
— Да что это, — прервал Фрелаф, — никак, он прихрамывает?
— Да, брат, на последней игрушке богатырской Всеслав задел его порядком по ноге, — видно, еще не оправился. Э, да где же Всеслав? Вон идут позади все княжеские отроки, а его нет?
— Чай, ушел нарочно и шатается где-нибудь по лесу. Вперед-то не пустят, а пристало ли идти позади бояр и витязей такому знаменитому сановнику?.. Да что о нем толковать! Погляди-ка, Стемид, никак, вон там, с левой стороны храма, стоят в кучке все мои товарищи; ну, так и есть: Якун, Икмор… Тур… Руальд… Пойти и мне туда.