— Кабы знала, так давно бы уж не жила в этом захолустье. Ну, правду же мне сказали: хороша ты собою! И лицом, и станом — всем взяла. Да, постой, постой! — продолжал старик, схватив за руку Надежду, которая хотела уйти в хижину. — Куда ты, лебедь белая? Дай перемолвить с тобой словечко!
— Пусти меня, — кричала девушка, — пусти! Я не хочу говорить с тобой.
— И, полно, моя касаточка! Что так разгневалась? Скажи-ка мне: ты знаешь княжеского отрока Всеслава?
— Он жених мой. А ты его знаешь?
— Как же, мы с ним большие приятели. Ну, жаль мне его!.. Э, да детина молодой: погорюет денек, погорюет другой, а там, глядишь, на третий, как с гуся вода!
— Что ты говоришь? — вскричала с ужасом Надежда.
— А то, моя пеночка голосистая, что не все суженые женятся на своих невестах. Послушай-ка, красная девица, я принес тебе радостную весточку, слух о твоей красоте достиг до ушей нашего великого князя, и он приказал представить тебя перед ясные его очи.
— Милосердый боже!..
— Что, моя красавица, не верится?.. Да небось, я отвезу тебя сейчас на Лыбедь, в село Предиславино.
— В село Предиславино! — вскричала Надежда, стараясь вырваться из рук старика. — Нет, нет, я лучше соглашусь умереть!