— Ты требуешь?.. Добро, быть по-твоему.
— Первосвященник арконский имеет своих телохранителей: триста отборных витязей готовы всегда исполнять его приказания.
— И этих рабов жреца именуют витязями?
— Об имени спорить нечего — назови их как хочешь, только я хочу и должен иметь также своих воинов.
— Так и быть, согласен и на это. Ну, теперь ты доволен?
— Первосвященник арконский, — продолжал жрец, не отвечая на вопрос незнакомца, — налагает подати на граждан и на гостей иноземных, дабы умножить сокровища храма.
— И собственное свое богатство?
— Так что ж — разве достояние верховного жреца не есть достояние самих богов? Власть эта должна принадлежать и мне.
— Бедные киевляне!.. Но, делать нечего: лучше уступить половину, чем потерять все. Надеюсь, теперь кончено?
— Не совсем. Первосвященник арконский заключает мир с соседними народами и объявляет им войну.