— Слушаю, сударь! Да где ж я их возьму?
— И знать не хочу — чтоб были!
— Слушаю, сударь!
— Да постой-ка, Парфен! Ты что-то больно изменился в лице, — уж здоров ли ты?
— Слава богу-с!
— То-то, смотри, запускать не надобно; видишь, как у тебя глаза ввалились. Эх, Парфен! ты точно разнемогаешься. Не полечиться ли, брат?
— Нет уж, батюшка, Николай Степанович, помилуйте! Авось в дворне и без меня найдутся хворые.
— Да как не быть. Ступай же проворнее.
— А на всякой случай, что прикажете, если охотников не найдется?
— Ну, что тут спрашивать, дурачина! Вышел на улицу, да и хватай первого, кто попадется: в больницу, да и все тут! Что в самом деле, барин я или нет?