— Видно, знаю! Ну, что? радостную ли весточку сказал тебе Кудимыч?.. Скоро ли свадьба?
— Архип Кудимыч баит, что скоро. Да почему ты знаешь?..
— Как не знать!.. А что, лебедка, чай, ты не с пустыми руками к нему ходила?
— Коли с пустыми! Я ему носила на поклон полсорока яиц да две копейки.
— Эк твой суженый-то расхарчился!
— Вот еще, велико дело две копейки! Для меня Ванюша не постоит и за два алтына. Да почему ты знаешь?
— Мало ли что я знаю, голубушка! А что, отсюда недалеко до пчельника?
— Близехонько.
— Прощай, красавица!
Кирша поехал далее, а крестьянская девушка, стоя на одном месте, провожала его глазами до тех пор, пока не потеряла совсем из виду. Не доехав шагов пятидесяти до пчельника, запорожец слез с лошади и, привязав ее к дереву, пробрался между кустов до самых ворот загородки. Двери избушки были растворены, а собака спала крепким сном подле своей конуры. Кирша вошел так тихо, что Кудимыч, занятый счетом яиц, которые в большом решете стояли перед ним на столе, не приподнял даже головы.