— А что, господин честной, верно, ты за морем набрался такой премудрости?
— Бывал и за морем; всего натерпелся и у басурманов был в полону.
— Ой ли! Где же это? Чай, далеко отсюда?
— Далеконько… за Хвалынским морем.
— Что это, за Казанью, что ль?
— Нет, подалее: за Астраханью.
— Что, ваша милость, какова там земля? Неужли господь бог также благодать свою посылает и на этот поганый народ, как и на нас православных?
— Видно, что так. Знатная земля! всего довольно: и серебра, и золота, и самоцветных камней, и всякого съестного. Зимой только бог их обидел.
— Как так? Да неужели у них вовсе зимы нет?
— Ни снегу нейдет, ни вода не мерзнет.