— Ладно! Мы духом: одна нога там, другая — тут.
Пеганка бежала рысью, как будто понимала, что надо скорее возвращаться. Я сначала держал наготове конец вожжей. Думал, если пойдет шагом, так подхлестну. Но она даже у Глиняного оврага, в горку, и то бежала рысцой.
Бабка сидела рядом со мной и шептала про себя. Пошепчет, пошепчет и засмеется. И опять шепчет. За Глиняным оврагом дорога расходится надвое. Я спросил:
— Бабушка, нам куда надо — налево или направо?
— Потрава? Какая потрава? Ты про что это говоришь?
— Я говорю, по какой дороге ехать: по этой или по той?
— А!.. Езжай по этой. Все одно приедем.
— Да бахча-то где? Там, что ли?
— Должно быть, там. Ну да, там.
Я повернул, куда она сказала. Ехали, ехали. Пеганка уставать начала. Я спрашиваю: